Главная

0
174

Экспедиция в Хакасию занимает в истории проекта «Открывая Россию» особое место. И даже не только потому, что она — юбилейная, двадцатая (хотя тот факт, что участники проекта прошли уже два десятка интереснейших маршрутов, сам по себе внушает уважение). Это первая экспедиция, в которую отправились восемь новеньких Land Rover Discovery 5. А это значит, что ее можно считать полноценным тестом нового автомобиля в условиях дальнего и достаточно сложного маршрута…

Хотя официально двадцатая экспедиция проекта получила название «Хакасия-2017», стартовала она из Горно-Алтайска, столицы республики Алтай, прошла по территории Тувы, а в Хакасию мы въехали только на четвертый день нашего маршрута. Впрочем, от этого сам маршрут не стал менее интересным. Но давайте по порядку. Рассказ, как и экспедиция, получился длинным, поэтому ниже изложена только первая его часть. Вторая – чуть позже.

«Черю кельди», «Калан» и «Шаланга»

Весь первый день мы ехали по Чуйскому тракту, то есть, по федеральной трассе М52. Это сегодня Чуйский тракт представляет собой отличное современное шоссе с прекрасным покрытием и качественной разметкой. Но под слоем асфальта таятся такие пласты истории…

Когда-то в начале 40-х годов XIX века русские торговцы впервые достигли урочища Кош-Агач, где и построили амбары для хранения товаров. Кош-Агач стал центром торговли с Монголией и северным Китаем, а также местом проведения трех регулярных ярмарок: в начале июня в урочище появлялись монгольские солдаты, проходила ярмарка «Черю кельди» («Войско пришло»), августовская ярмарка, на которой в основном торговали в долг, называлась «Калан», а в конце года проходила ярмарка «Шаланга», на которой юфтевая кожа томских заводов обменивалась на меха и кожи.

Дорога тогда еще не носила звания «тракт» и называлась Чуйской тропой. Караванные пути действительно проходили по горным тропам, а товары перевозили исключительно во вьюках. К концу XIX века эта ситуация уже никого не устраивала, и путем огромных усилий тропы были преобразованы в колесный путь, по которому могли двигаться повозки. Тем не менее, дорога оставалась и трудной, и опасной. Во многих местах она была настолько узкой, что два встречных каравана никак не могли разойтись. И тогда сложилась своеобразная традиция организации реверсивного движения: хозяин каравана, первым подошедшего к узкому месту, проходил его пешком и бросал на проезжую часть шапку, обозначая, что путь занят. И всё же открытие колесного пути резко интенсифицировало торговлю. Если в 1900 году через таможню в Кош-Агач было перевезено товаров на сумму 925 тысяч рублей, то в 1903 году годовой оборот составил 1,6 миллиона, а в 1906—1910 годах он достиг 2,4 миллиона рублей!

Война бездорожью

Как бы там ни было, а пропускная способность Чуйской дороги оставалась совершенно недостаточной, и с переходом ее в ведение Министерства путей сообщения встал вопрос о ее модернизации. Для этой цели в 1913 году в Горный Алтай была послана экспедиция под руководством Вячеслава Яковлевича Шишкова, будущего автора романов «Угрюм-река» и «Емельян Пугачев». Работы прервала сначала Первая мировая, а затем и Гражданская война, но именно по материалам изысканий экспедиции Шишкова уже в советское время начался следующий этап работ по улучшению транспортной артерии, получившей не только экономическое, но и военно-стратегическое значение. Строительство велось в лучших советских традициях, с массовым привлечением «добровольного трудового участия» местного населения под лозунгами «Война бездорожью», «В помощь сельскому хозяйству создадим мощное дорожное строительство», «Автомобиль и шоссе укрепляют смычку города с деревней», «Автомобиль и шоссе ускоряют социалистическую перестройку деревни». Ну как тут не вспомнить бессмертный роман Ильфа и Петрова: «Железный конь идет на смену крестьянской лошадке! Ударим автопробегом по бездорожью и разгильдяйству!»

1 / 3

2 / 3

3 / 3

Так или иначе, в 30-е годы дорога действительно стала автомобильным трактом. По-прежнему сложным и опасным, но проходимым для автотранспорта на всем протяжении. К этим временам осталась и дошедшая до наших дней незамысловатая песенка о чуйском шофере Кольке Снегиреве.

Баллада о шоферской любви

Есть над Чуей-рекою дорога,
Много ездит по ней шоферов.
Был там самый отчаянный шофер,
Звали Колька его Снегирев.

На Форде там работала Рая,
И бывало над Чуей-рекой
Форд зеленый и грузная АМО
Друг за другом летели стрелой.

Слесарь управления Чуйского военизированного тракта Михаил Михеев посвятил эти незамысловатые стихи о любви и страсти своему другу, Николаю Ковалеву, и его молодой жене Ираиде, которую друзья звали Раей. Ради благозвучия Ковалев стал Снегиревым, и стихи, положенные на музыку популярной в те годы песенки «Коломбина», пошли в народ.

1 / 4

2 / 4

3 / 4

4 / 4

И ответила Рая с улыбкой:
«Знаешь, Коля, что думаю я,
Когда АМО Форда перегонит,
Тогда Раечка будет твоя».

Из далекой поездки, из Бийска
Ехал Коля однажды домой,
И вдруг — Форд, и с улыбкою Рая
Пронеслась мимо Коли стрелой.

Вспыхнул Колька, и сердце забилось,
Вспомнил Раечкин он уговор,
И тотчас же рванулась машина,
И запел свою песню мотор.

Шла дорога — ухаб над обрывом,
И по камням кипела река.
Рвалось сердце могучим порывом,
И к штурвалу прильнула рука.

Ни ухабов, ни ям, ни обрывов
Колька здесь ничего не видал,
Когда газом все ближе и ближе
Грузный АМО Форда догонял.

Поворот… и сравнялись машины,
Колька Раи лицо увидал,
Улыбнулся и крикнул он: «Рая!»
И на миг позабыл про штурвал.

И как птица зеленая АМО,
Вбок рванулась… и книзу упал,
И в волнах серебристого Чуя
Он кабиной мелькнул и пропал.

И с тех пор никогда, как бывало,
Не летит по ухабам стрелой,
Едет тихо, как будто усталый.
И штурвал уж дрожит под рукой.

А на память лихому шоферу,
Тот, кто горя ни в чем не видал,
На могилу положили фару,
И от АМО помятый штурвал.

В 1987 году на 774 километре тракта, около знаменитого Белого бома («бомами» в этих местах называют скальные массивы) группа водителей-ветеранов поставила символический монумент чуйским шоферам: «помятый штурвал» от найденного на задворках гаража АМО-Ф15 на стойке из сваренных вместе карданных валов, закрепленных на колесном диске. У памятника приварили табличку: «Кольке Снегиреву — человеку, погибшему за любовь». В 2012 году этот скромный обелиск заменили на куда более помпезный монумент, на котором роль АМО исполняет полуторка ГАЗ-АА, а вот роль Форда почему-то играет ленд-лизовский «Виллис». На металлических табличках на монументе выгравированы все слова песенки про Кольку Снегирева, ставшей неофициальным гимном Чуйского тракта. Ну а старый памятник отправился в Музей Чуйского тракта в Бийск…

Что такое экспедиция

Сегодня на Чуйском тракте нет ни ухабов, ни ям, обрывы огораживают мощные отбойники, да и автомобили по тракту ездят совсем другие. Нужно сказать, что весь первый день я осваивал трассовые возможности Discovery 5. Как сказал еще Кристофер Робин своему другу Винни-Пуху, «экспедиция — это когда все идут гуськом». Вот и движение в экспедициях «Открывая Россию» традиционно происходит в составе колонны. И как же это просто делать на Discovery 5! Во-первых, из-за того, что автомобиль похудел по сравнению с предшественником на три сотни кило, все маневры он совершает куда легче. Поначалу все ускорения получаются существенно более резкими, чем ты ожидаешь. Реакции на поворот руля тоже стали более точными, особенно на высокой скорости. Увеличение усилия на баранке при разгоне также происходит весьма резко. Это чувствуется, и поначалу даже пугает… Но Discovery насыщен электронными помощниками, как английский маффин изюмом, так что очень скоро я просто включил активный круиз-контроль, выставил на нем максимальную скорость с изрядным превышением (чтобы не выключать режим на обгонах), задействовал контроль за выходом из полосы, убрал ноги с педалей и слегка расслабился. Тем более, что кондиционер и система вентиляции кожаных сидений обеспечили абсолютный комфорт, хотя градусник в машине утверждал, что за бортом — 35 градусов жары. Теперь можно было спокойно наслаждаться фантастическими видами.

«Ненавижу Чуйский тракт!»

А на Чуйском тракте действительно есть чем полюбоваться. Помню, как в алтайской экспедиции 2014 года известный автомобильный фотограф Лев Барашков кричал в рацию: «Ненавижу Чуйский тракт! Невозможно ехать! На каждом километре хочется остановиться и снять фотообои…». Действительно, по версии журнала National Geographic эта трасса входит в пятерку самых живописных дорог планеты.

Тест-драйвы / Новые авто

Тест-драйв Discovery 5 на полигоне Land Rover Experience: так тот или не тот?

Гибель богов
Я катил по Новорижской автомагистрали, выставив на круиз-контроле добропорядочные 128 км/час. По дороге вспоминал, как на моей памяти менялись поколения легендарного британского внедорожника, и думал о том,…

2126

1

0
26.05.2017

Впрочем, в самых живописных местах активный круиз приходится все-таки отключать: как-то так получается, что самые красивые виды открываются с серпантинов с острыми шпильками. Как только идущий впереди автомобиль скрывается из вида, система тут же начинает резкий разгон (как вы помните, лимит скорости обычно выставляется с большим запасом), и в поворот ты влетаешь на гораздо более высокой скорости, чем нужно. А это уже может быть опасно: как ни крути, Discovery — это комфортабельный внедорожник с мягкой длинноходной пневмоподвеской, и в поворотах он ведет себя совсем не так, как распластавшийся по асфальту спорткар. При этом на равнинных участках и «обычных» изгибах трассы угол захвата радара активного круиз-контроля вполне позволяет уверенно цепляться за идущим впереди автомобилем.

Несколько больше вопросов оставила система контроля за выходом из полосы. Вцепившись в разметку, она приступает к активному подруливанию, и тебе лишь остается слегка придерживать пухлое, обтянутое кожей рулевое колесо, чувствуя, как оно толкается в руку, как котенок лбом. Но проблема состоит в том, что разметка у нас, мягко говоря, разная, и в любой момент система может ее «потерять», а ты этого и не заметишь, хотя в такой ситуации стоит повысить внимание и взяться за баранку покрепче. А не заметишь ты этого потому, что индикация состояния системы выводится не на дисплей прямого визирования на лобовом стекле, а на маленькую пиктограмму на приборной панели, которую не очень-то хорошо и видно, особенно, если ты ведешь машину в темных очках.

Первым пунктом нашей остановки стала «торговая столица» Чуйского тракта, райцентр Кош-Агач. Здесь и сегодня работает большой рынок, на котором в огромном количестве продают как плоды алтайской земли (прежде всего, мед и кедровые орешки), так и привезенные из Монголии изделия из кожи и шерсти.

1 / 2

2 / 2

Галерея на скалах

Вечерело, и мы отправились в музей под открытым небом в местечке Калбак-Таш (правильней — Ялбак-Таш, но в археологической литературе утвердилось именно это название). В переводе с алтайского название означает «плоский камень». Это самая знаменитая «писаница» Горного Алтая. Здесь, на плоских скалах бома, собрана коллекция порядка 3 000 наскальных изображений от эпохи неолита (6-4 тыс. лет до н.э.) до древнетюркской эпохи (1 000-700 лет до н.э.). Наскальные изображения показывают весь быт древних людей, начиная от мифологии и заканчивая их повседневным бытом. Памятник был открыт и впервые описан в 1912 году, и сделали это, как ни странно, не ученые, а два художника: Кузнецов и певец Алтая Чорос-Гуркин. Ученые добрались до него только в 80-х годах прошлого века…

1 / 5

2 / 5

3 / 5

4 / 5

5 / 5

Очень странные чувства испытываешь в таких местах. В человеческом мозгу никак не может уложиться, что вот уже несколько тысяч лет скачут по сланцевым плитам изящные олени и круторогие горные бараны, пляшут человечки со странными головными уборами в виде грибов… А это значит, что уже тогда, в неизмеримой глубине прошлого, люди остро чувствовали красоту.

Тайны алтайского Стоунхеджа и колыбель Сартакпая

Впрочем, рядом с Кош-Агачем есть еще более таинственное место. Это Тархатинский мегалитический комплекс, который нередко называют «Алтайским Стоунхеджем». Туда мы отправились на следующий день. Комплекс представляет собой группу камней-мегалитов разного размера, расставленных прямо в степи не совсем ровным кругом диаметром метров 60. Среди камней возвышаются четыре крупных мегалита высотой более 2 м. Два из них, получившие имена «Камень со щелью» и «Богатырь», образуют так называемые «северо-западные ворота», а два других, «Камень с носом» и «Сфинкс», «восточные».

Отдельно, вне общего круга, расположен еще один мегалит в виде кресла или алтайской детской люльки, занимающий крайнее восточное положение и известный как «Колыбель Сартакпая» (богатырь Сартакпай – мифический герой, проложивший русла крупнейших рек Алтая, строитель дорог и мостов). На вид сооружение (если это можно назвать сооружением) до Стоунхеджа вроде бы не дотягивает, но вот какое дело: как и кельтский собрат, Тарахтинский комплекс является древним астрономическим инструментом! Один раз в году, в день летнего солнцестояния, последний луч солнца падает на «спинку» «Колыбели Сартакпая». И все три действующих лица этой световой мистерии: Солнце-Бык, невидимая, возлежащая на каменном ложе, Жена-Земля и мегалит «Сфинкс» нашли свое воплощение в петроглифах на спинке «Колыбели».

1 / 3

2 / 3

3 / 3

Идея рождения нового мира в результате такого космического соития дожила до наших дней в особом ритуале: среди местного населения ходит поверье, что если принести жертвы духам и полежать в «Колыбели», то духи пошлют женщине детей. Действительно, все основание мегалита завалено жертвоприношениями. Чего только люди не оставляют! Тут можно найти и недорогую бижутерию, и стреляный патрон, и детские игрушки, и христианскую ладанку, и буддистские четки… Археологи считают, что связь этого мифа с фольклорным героем Сартакпаем возникла сравнительно недавно, а вот идея колыбели и возрождения жизни идет, вероятно, со времен сооружения комплекса.

1 / 3

2 / 3

3 / 3

Продолжение следует…

Источник: http://www.kolesa.ru/test-drive/proverka-sibiryu-ekspeditsionnyj-test-drajv-land-rover-discovery-5

ПОДЕЛИТЬСЯ